перед уходом в совершенном порядке незнакомой комнаты наводишь беспорядок

подобие беспорядка 

непривычному глазу эти зазоры ни о чем не скажут

покривить профиль на стене. лицо, всегда глядящее на другого, мимо тебя 

на полке перемешивать прозу с поэзией 

в этот раз желтый корешок бродского вставлен между томами татьяны толстой 

канцелярский нож погружен в неразрезанные страницы, в непрочитанное 

самый кровавый скальпель, на самом деле 

карандаш заточен наполовину 

талисманы посеяны, оставлены следы. 

когда вернешься, или проснешься 

это будут единственные крючки чтобы зацепиться за хрупкий просвет между тем

кем ты был

и тем, кем ты станешь 

за тонюсенькое Сейчас того, 

кто ты есть