я часто задаюсь вопросом, не является ли мое стремление к удовольствиям и романтике в жизни прямым следствием капиталистических установок, основанных на излишествах и лишенных стимулов. хотя это вовсе не так. я верю, что это единственное, что в нас осталось человеческого – наша страсть и жизненная сила в их же простейших формах и проявлениях. это заставляет мир вращаться, и все же мы продолжаем пытаться разбавить смысл, позволяя лишь случайным художникам напоминать нам, кто мы такие. 

когда я думаю об удовольствиях и романтике, я не имею в виду пентхаусы в небоскребах, башни с морепродуктами и первоклассное пространство для ног. я думаю о том, как я лежала голая на солнышке на хлопчатобумажном полотенце возле ручья, а потом плавала в этом ручье, и смеялась, пока писала после этого. я думаю о хихиканье там, где его быть не должно, я думаю о потакании своим желаниям – о том типе потакания своим желаниям, который бросает вызов вашим эмоциям, а не банковскому счету. я считаю, что как культура мы должны бороться за то, чтобы помнить об этих удовольствиях и о простоте их источника.

капиталистический формат предоставляет нам множество реальных возможностей и систем для игры понарошку с этим внутренним призывом к потворству своим желаниям, к погоне за удовольствиями – играть в азартные игры, создавать обстановку – и все же это всего лишь осязаемая симуляция, которая указывает на это, но никогда не насыщает. 

гигантская машина отчаянно пытается имитировать биение сердца, и все же само сердце побеждает, не подозревая о хаосе, который оно вызвало из-за неправильного толкования. стремление души к удовольствиям основано на энергии и чувствах.

оно выходит за пределы комнаты, но затем создает ее только для того, чтобы снова начать охоту за самим собой внутри нее.