когда я вышла с офиса, в стекло которого приходилось стучаться последние несколько недель, я почувствовала определенный катарсис. вот она, абсолютная чистота и победа, непонятно над чем, непонятно для кого, словно я выиграла в войне между собой и нежно ткнула мечом свое сердце которое в тот же миг отвергло лезвие и вдохнуло себя обратно. 

мне было невыносимо хорошо, мир показался мне мелким недоразумением, который раннее мне представлялся ловушкой которая обязательно меня поймает. я ждала ошибки, какой то подлости со стороны своего дня только исходя из внутреннего убеждения о том, что мир несправедлив. и было легко себя пинать все юношество этими словами, даже в моменты абсолютной справедливости либо несправедливости которая чаще всего шла мне на руку я чувствовала предшествующий кромешный ужас который стоит на той стороне моего возраста. 

однако лишь столкнувшись с настоящей несправедливостью я смогла ее спокойно с себя сдуть, словно маленькое перышко которое тяготило меня буквально мгновение. мне было дико странно и даже обидно, от того как просто все на самом деле в моей жизни. 

от чего мне было так страшно? я так и не поняла, но легкость осознания того что мир есть и будет останется со мной навсегда. 

не знаю

все как то подозрительно хорошо

наверное оно так и будет? 

that was the year, the beginning of my twenties when i was discovering that not all of the promises would be kept, that some things are in fact irrevocable and that it had counted after all, every evasion and every procrastination, every mistake, every word, all of it.